Милиция с автоматами, задержание за фото автозака, “польские шпионы”. История одного вечера фотокорреспондента “ННВ”

Вечером 9 августа в Витебске ожидалось, что после закрытия участков горожане выйдут на площадь Победы - в ожидании оглашения предварительных результатов выборов президента.

Свой вечерний променад я начал с улицы “Правды”. Возле облисполкома мне встретились три пары сотрудников правоохранительных органов с автоматами, которые патрулировали вокруг здания.

Направляюсь к площади Свободы – она заставлена спецтехникой. ГАИ на Замковой перекрывает движение на улицу Ленина, пускает только общественный транспорт.

Поднимаюсь по улице Ленина вверх. Здесь на каждом перекрестке стоит сотрудник ГАИ, который разворачивает автомобили обратно.
На площади Победы со стороны Московского проспекта дорога на улицу Ленина перекрыта автобусами. На самой площади ходят люди, кто-то сидит на парапете клумб, кто-то прогуливается.

Решаю сфотографировать автозаки возле площади. И тут сразу же подскакивают два парня в форме. Они появились то ли из автобуса, то ли из автозака. Спрашивают: “Вы из какой-то пресс-службы”. Я говорю: “Нет”.
“Пройдемте с нами”, - говорит неуверенным голосом один из милиционеров.

Он заметно волнуется: наверное, понимает абсурдность распоряжения задерживать тех, кто фотографирует автозаки, автобусы с ОМОНом (я был не один такой, кого задержали за фотографирование того, что происходит на площади).
Грузят в атозак. Я пока там один. Но минут через 10-15 он уже полный.

Кто-то возмущается, что его задержали, кто-то просит пересадить его со “стакана” в более просторный отсек.
Едем в ИВС. И тут у кого-то в телефоне начинает играть песня Цоя “Перемен”. Мы подпеваем!

Приехали в ИВС. Заводят на первый этаж, где находится медветрезвитель. Нашу “партию” отправляют в раздевалку. Другие задержанные находятся в комнатах, где стоят кровати.

Оттуда доносяится смех, аплодисменты. Мы тоже аплодируем из солидарности.

Надо отметить, милиция была очень и очень вежлива, я её такой никогда не видел. Кто привык “тыкать”, старался говорить на “вы”, хоть иногда и проскакивало “ты”. (Как выяснилось позже, нам просто повезло в тот вечер с дежурными, которые принимали и оформляли).

Меня и еще одного мужчину завели на третий этаж - для распределения в камеру. Здесь уже тон сотрудников был другой: не сказать, что дерзкий, но с тобой уже и не любезничают.

Завели в камеру на десять мест. Полумрак, духота. Приходилось переодически обмываться холодной водой. За трое суток один раз вывели на прогулку. Контролеры объясняли это тем, что загружены работой. Им приходилось водить людей на суды, которые проходили в ИВС.

Контролеры рассказывали, что они не спят по несколько дней, потому что люди в ИВС все поступают и поступают.
В камере какое-то время было по 16 человек. Среди них были автообилисты, которые сигнали на улицах Витебска, и так называемые “польские шпионы”.

Это были обычные белорусские парни, которые работают на стройке, но имеют польскую визу. По их словам, на ИВС в день задержания их ставили на растяжку, били по ногам и почкам, приговаривая, что они “польские шпионы”. Предположительно, избивал их ОМОН.
Кормили в ИВС с опозданием. Если завтрак должен быть в 9.00, то он был в 11.00 часу. Обед мог быть в пять вечера, а ужин – в 18.00.

Давали кашу-сечку с котлетой на завтрак, на обед – суп (рассольник или макаронный суп), гречку с котлетой, ячневую кашу, рагу. Чай, компот. Хлеб не всегда был качественный.

Со мной сидели, например, преподаватель университета, строители, рабочий хлебозавода, таксисты.
Через 72 часа после задержания я был отпущен, правда, пришлось напомнить, что срок моего задержания истёк, пора домой.

Но протокол за якобы “мелкое хулиганство” остался на мне. Я ведь сфотографировал автозак.

Хотелось бы поблагодарить отдельных сотрудников ИВС за человечность. Не буду расписывать за что, но хороших людей просто надо беречь.

  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
Меткі: ,

Чытайце яшчэ

Каментаваць

Вы павінны увайсці каб каментаваць.

Можна ўвайсці праз: